Настала очередь нашего поколения развивать, двигать нашу страну вперед — Малик Топчиев

Страна у нас развивается стремительно, а с каждым годом приток туристов только увеличивается, чему мы все несказанно рады. Но не все туристы — состоятельные арабы, которые могут позволить себе жить в роскошных отелях. Среди туристов нередко встречаются не привередливые молодые люди, которые просто путешествуют по миру и не желают тратить суммы денег на проживание в отелях, а хотят найти место, где можно переночевать, принять душ и колесить по миру дальше. На такие случаи как раз и рассчитаны хостелы, которые, к слову, в нашей стране появились совсем недавно и пока находятся на стадии развития. К одним из наиболее популярных на данный момент хостелов можно отнести Zion, открывшийся год назад, но уже успевший завоевать любовь у туристов. Мы встретились с одним из владельцев — Маликом Топчиевым — и поговорили о наиболее важных аспектах данного бизнеса, включая недопонимание со стороны окружающих.

Я бы хотела ознакомить читателей с концепцией вашего хостела. Расскажи о ней, какова задумка в целом и как она отличает вас от других хостелов?

Мы называем Zion хостелом только для того, чтобы людям стало понятнее, что это такое. По своей сути, Zion скорее коммуна, чем хостел. Это то место, куда человек приходит и ощущает себя как дома, в комфорте и защищенным, вне зависимости от страны, в которой он сейчас находится. Это отличает нас от других хостелов, потому что перед тем как начать строить Zion, мы с моим партнером, Эмином — зачинщиком всего этого дела, а также гением и в целом очень талантливым человеком, прошлись практически по всем хостелам Баку в качестве туристов. Мы смотрели на то, как нас встречают, что нам предлагают, как вообще все обустроено изнутри. В результате этакого эксперимента, мы подметили очень важный момент: хостелы здесь скорее как ночлежка. Мы же в корне с этим не согласны. Хостел — это то место, куда ты приходишь дружить с хозяевами, встречать новых людей, узнавать город изнутри. Этот аспект нас в корне отличает от других.

Раньше был закон, облагающий хостелы «отельным» налогом. Как сейчас с этим, изменились ли обстоятельства? Потому что хостелов вдруг стало довольно много по сравнению с тем, что было пару лет назад.

Однозначно, сейчас гораздо легче с этим. Вообще, не было как такового налога, зато была лицензия, которую нужно приобретать за большую сумму денег, дабы открыть хостел. К счастью, с резким наплывом туристов, наше государство осознало, что это не самое лучшее условие для развития туризма, и просто отменило лицензию, дабы малый бизнес развивался.

А какие отношения у вас с соседями? Ведь все-таки взрослому поколению сложнее приспособиться к таким вещам как хостел. Да и в целом, услышав «хостел», некоторым приходят на ум не самые лучшие мысли. Как вы боролись с такими стереотипами?

Изначально все соседи по классике жанра считали, что наш хостел — это злачное место, где будут собираться девушки легкого поведения и все прочее. Но спустя какое-то время они сами убедились, что мы адекватные люди, которые просто хотят помочь нашей стране в развитии туризма и привлечения молодых туристов. Сейчас у нас со всеми соседями прекрасные отношения, мы помогаем друг-другу и всячески поддерживаем.

Три моих приятеля обижены на меня, потому что я их не пустил сюда с девчонками. Мы дали ясно понять всем, что это не злачное место, а хостел. Я и самих соседей в принципе понимаю: пришли вдруг два пацана, один длинноволосый, другой с татуировками — и решили они делать какой-то бизнес. Конечно, это вызвало шквал реакции и неправильного понимания. Но мы ни с кем не спорили, не ругались, просто поставили себе цель продемонстрировать наши благие намерения — вклад в туризм страны, и ничего более. Со временем нас все поняли.

Были ли сложности при построении Zion-а?

Были сложности, конечно, и финансовые, и моральные. Были моменты, когда перед нами стоял выбор: купить саморезы и закончить делать кровати или купить булку и пообедать. Но я не отношусь к этому как к негативу, просто это ход дела. В любой работе, что бы ты ни делал, всегда есть спады, равно как и подъемы. Единственное что может тянуть назад — это жалость к себе. Но мы себя, к счастью, не жалели.

Окупаются ли вложенные деньги?

У молодежи Азербайджана, которая пытается основать бизнес, есть две основные проблемы: первое — неверие в то, что они могут что-то сделать и покрытие этого неверия такими оправданиями как «нет связей», «нет денег», «кризис» и так далее. Второе — все-таки запустив свой бизнес, они ждут от него прибыли буквально завтра. Если нет прибыли — все, закрывают, отступают, говорят «не мое». Но  на деле все работает не так. В Азербайджане можно делать абсолютно все, что угодно — и даже круче, чем в любой европейской стране, потому что у нас страна с огромным потенциалом, где ничего толком нет. У тебя здесь нет никакой конкуренции, любая твоя классная идея почти мгновенно взрывает. Потому что люди голодные на новые впечатления, они жаждут чего-то нового — а ничего нет.

У нас уже все окупается, прибыль есть — и очень неплохая. Но хостельный бизнес в основном зависит от booking.com. Хостелы, отели, апартаменты — все имеет свой определенный рейтинг на этом сайте. Нужно достичь какого-то рейтинга, чтобы люди могли находить ваше заведение на booking.com. Так как мы функционируем пока только год, рейтинг у нас только-только набирается. Да, приток туристов есть, хостел не пустует, но в этом году мы ожидаем уже куда большей прибыли.

Как вы себя пиарите, как привлекаете внимание потенциальных жильцов?

Мы никак не вкладываемся в пиар. Все, кто нас находят —  либо через сайт, либо через знакомых, — зачастую, мы сами даже не знаем, как это все происходит. Но, например, летом у нас были очень интересные гости из Европы, стран СНГ, и все мы все собирались на крыше, обменивались мыслями, идеями, информацией о нашем городе. Видимо, это все как-то влияет, играет роль нетворкинга — информация передается как по «цыганской почте».

Планируете ли расширяться?

Планируем, однозначно. На самом деле, сейчас мы Zion Баку, затем хотим расшириться — стать, допустим, Zion Тбилиси. Наша цель, как я и сказал, чтоб Zion был не хостелом, а коммуной. Мы хотим добиться того, чтобы когда кто-то, отправляясь в путешествие в Грецию, например, задавался бы вопросом: «А там есть Zion?». Ведь если есть Zion — то это точно проверенное место, где тебе всегда рады, где ты знаешь, как все устроено — прямо как у тебя дома. Так что да, планы у нас большие.

В заключение:

У нас очень молодая страна. Фактически, я ровесник своей страны. Это говорит о том, что настала очередь нашего поколения делать здесь что-то, развивать, двигать нашу страну вперед. Мы строим культуру этого города. Лет через двадцать будет гораздо круче, чем сейчас, но все будут помнить, что в далеком 2016 молодежь не просиживала, а начинала это движение. В общем, как поставим фундамент — так и пойдет. Так что, надо верить в себя и действовать.

Похожие

  • Эльнур Эйбатов - 21 июня 2018

    Вот настал тот день и вы задумались об открытии своего бизнеса. Но в каком направлении следует двигаться? Одним из первых вам на ум придёт вариант с собственным рестораном. С одной стороны, у вас всегда будут посетители, с другой особых сложностей возникнуть вроде бы не должно. Но на деле не всё так просто. Бизнес этот жестокий и очень конкурентный, ведь борьба идёт за каждого клиента. Возникает резонный вопрос: если мечта открыть свое заведение общественного питания столь желанна, то как же привлечь и удержать клиентов? На эту тему мы пообщались с Нураной Мамедовой, PR-менеджером Galiano Lounge, который за короткий срок успел завоевать популярность и любовь большинства жителей Баку.

      За относительно короткий срок Galiano превратилось в очень популярное место среди молодежи. Насколько известно, вы практически единственное кафе такого формата столь популярны и находитесь не в центре. Как это удалось сделать? Я считаю, что главной причиной нашей популярности является команда. Все члены команды, начиная от официантов и заканчивая администраторами являются профессионалами своего дела. Я бы также отметила и интерьер нашего заведения, который привлекает посетителей. Это комбинация комфорта и уюта, что редко встречается в кафе. Одним из основных факторов успеха является кухня – и здесь мы стараемся держать самую высокую планку. Как вы верно заметили, мы находимся не в центре города, но при этом пользуемся значительным успехом у населения. За полтора года на рынке у нас уже сформировалась база постоянных клиентов, которые предпочитают наше заведение всем остальным. Как был выбран формат кафе? Когда мы начинали, мы делали упор на европейскую кухню. Однако со временем решили добавить также национальные блюда. Сейчас мы разрабатываем новое меню, в котором будут уникальные блюда, не встречающиеся в других ресторанах. Помимо новых блюд будет добавлено около 20-30 видов коктейлей. Формат кафе представляет из себя интерьер лофта, европейскую и азербайджанскую кухни, а также уникальные смеси для кальяна. Наш кальянщик – араб по национальности – добавляет в смеси для кальяна особые специи, которые делают их неповторимыми. Редко бывает что кафе такого формата популярно как среди парней так и среди девушек. Как вам удается этого добиться? У нас с недавних пор действует акция – девушкам бесплатный кальян. Однако до этого момента поток девушек был довольно приличный. Наше кафе не обычная чайхана, куда приходят поиграть в игры и выпить чай. Мы позиционируем себя как современное кафе и, соответственно, определённый процент наших клиентов – это девушки. При такой высокой популярности и необходимости бронировать столики, вы активно применяете систему лояльности, даете скидки постоянным клиентам и т.д. Можете поделиться своими секретами по системам лояльности? Разумеется, система лояльности — это основополагающая часть бизнеса. У нас есть member card, которая даёт скидки клиентам. Помимо этого, устраиваются различные акции: скидка 20% на день рождения, скидки на бизнес-ланчи и т.д. Можно ли ждать новых кафе под брендом Гальяно? И почему вы пока не расширились? Если честно, мы пока не задумывались об этом. Хотя расширение сети имеет определённый потенциал, так как бренд Galiano пользуется успехом. Многие были бы рады увидеть ещё один филиал Galiano, пусть даже и не в центре города. Основная масса посетителей приходит после шести часов вечера. Постоянных клиентов мы знаем по именам, мы как одна семья. В основном это люди от 25 до 40 лет. При этом мужчин больше чем женщин. Наше кафе также устраивает банкеты и занимается организацией праздников. Обычно у нас не бывает живой музыки, но к этому дню мы готовимся и приглашаем музыкантов. В Баку очень часто открываются и не менее часто закрываются разные кафе. Какая экономика должна быть у кафе чтобы устоять? Как нужно изучать потенциал места до открытия кафе? Как привлекать посетителей? Те, кто был у нас в кафе, знают наш подход к клиенту. У нас каждого посетителя встречает хостес. Это очень важная вещь – дать понять каждому человеку, пришедшему в ресторан, что его готовы обслужить и уделить внимание. Как я уже отмечала выше, также важна команда и взаимодействие внутри неё. Сработанная команда обеспечивает высокий уровень сервиса, о чём говорят отзывы о нашем кафе. Так что можно сказать, что в принципе место расположения заведения не играет особой роли в его успешности, что мы подтверждаем своим примером. Мы не боимся конкуренции, так как у нас есть своя база клиентов. Мы стараемся придумывать что-то новое, изменять меню, улучшать наше заведение. Без постоянного изменения невозможно быть успешным на таком конкурентном рынке. Какими рекламными средствами вы пользуетесь? В основном это социальные сети Facebook и Instagram, при этом реклама в Instagram приносит больше результатов. Рекламу по телевизору мы не используем, но к нам часто поступают предложения снять сцену из фильма или клип в нашем заведении. Различные журналы проводят фотосессии в Galiano. Один спортивный канал долгое время снимал передачу в нашем кафе. Всё это лишний раз подтверждает, что мы на правильном пути нашего развития. Помимо Galiano, нашей сети принадлежат кафе Arabesque и Mozart. Каковы на ваш взгляд основные факторы успеха для кафе или ресторана? Ведь ресторанный бизнес довольно конкурентный и порой бывает сложно добиться успеха. Открыть ресторан не очень сложно. Сложно им управлять. Есть куча нюансов – подбор персонала, маркетинговая стратегия и т.д. Человеку без опыта в этой сфере будет тяжело. Могу сказать на своём личном примере. Есть рестораны, которые я люблю посещать и всегда выбираю эти заведения. Из-за их подхода, сервиса, интерьера. Большое количество мелочей складываются в одно огромное преимущество по сравнению с конкурентами. Важно правильно подбирать персонал, ведь это залог успешного сервиса. Большинству людей нужны от ресторанов одни и те же вещи – еда, комфорт, качественный сервис. Вот над этими составляющими и нужно работать. Какими качествами должен обладать человек, решивший открыть ресторанный бизнес? В первую очередь, этот человек должен быть лидером по своей натуре. Как в принципе, любой бизнесмен, решивший открыть своё дело. Он также должен уметь общаться с людьми. Находить подход, как к персоналу, так и к партнёрам по бизнесу. Такой человек должен уметь создавать систему и управлять ею, в том числе подбирать подходящих людей для её управления. При этом важно понимать все уровни системы – от самых низких до самого верха.

    Вот настал тот день и вы задумались об открытии своего бизнеса. Но в каком направлении следует двигаться? Одним из первых вам на ум придёт вариант с собст ...

  • Лейла Абузи - 11 июня 2018

    Почти каждый из нас думает о каком-то бизнесе, который мог бы приносить доход с минимумом затрат времени. Navigator Business Review предлагает вам рассмотреть возможности торговых автоматов, которые требуют меньше времени, чем другие виды бизнеса и могут приносить неплохой доход. В США через торговые автоматы даже продают  марихуану, правда, фото этого устройства по этическим соображениям мы не показали

    Этот торговый автомат готовит пиццу менее чем за три минуты:

    Этот распределяет еду и напитки по мере их способности нанести вред здоровью:

    Автомат со Skittles позволяет регулировать количество конфеток определенного цвета:

    Этот автомат выжимает апельсиновый сок прямо на ваших глазах:

    Здесь продаются свежие багеты:

    Автомат в городской библиотеке позволяет людям брать ноутбук напрокат:

     

    Автомат, который готовит картофель фри за две минуты:

    Автомат в школе продает канцелярские принадлежности:

    В автомате в Нью-Йорке можно купить свежее мясо круглосуточно:

    Автомат-аптека. Он установлен в школе:

    Швейцарские автоматы, конечно, продают сыр:

    Автомат со встроенным устройством, которое сканирует паспорт, продает шампанское:

    Почти каждый из нас думает о каком-то бизнесе, который мог бы приносить доход с минимумом затрат времени. Navigator Business Review предлагает вам рассмот ...

  • Лейла Абузи - 29 мая 2018 Стойкий стереотип гласит, что благотворительность — это протянутая рука, жалкие крохи, боль и страдание. Многих это отпугивает, но бывает иначе. Если организовать благотворительную организацию по принципу стартапа — с KPI, планами по масштабированию и обязательствами перед инвестором, — можно убить двух зайцев: больше собирать для тех, кому нужна помощь, и хорошо зарабатывать самим. А еще — делать благотворительность интересной для самых разных людей и помогать бизнесам выстраивать социально активные бренды. Основательница проекта MeetForCharity Ольга Флер в своей лекции для онлайн-школы стартапов Russol рассказала, как устроен ее социальный стартап, — а Inc. записал все самое важное. Далее идет публикация от первого лица, Ольги Флер: Что такое MeetForCharity "Проект MeetForCharity родился в офисе пиар-агентства, где я работала. Моя коллега сказала, что хочет познакомиться и пообщаться с кем-то интересным, а мне были нужны деньги на благотворительность, и я выложила ее фотографию в Facebook, предложив друзьям заплатить за встречу с ней. Получила шквал комментариев. Это была просто шутка, но из нее родился фандрайзинговый сервис, аукцион, где лоты — встречи с интересными людьми, а вырученные средства направляются на благотворительность.

    Одним из первых проект поддержал Сергей Капков, благодаря чему MeetForCharity начал набирать популярность. Сейчас проект стал международным, в нем участвуют люди из России, Украины, Израиля, Великобритании, США.

    Каждый день в группе MeetForCharity в Facebook и в приложении (его можно скачать в AppStore) появляется какой-то интересный персонаж — медийная персона, известный бизнесмен, чиновник. В комментариях люди предлагают свою цену за возможность встретиться с этим человеком за чашкой кофе, ставки принимаются в течение 5 дней.

    Самая «простая» встреча стоила 20 тыс. рублей; самая дорогая — с главой Mail.Ru Group Дмитрием Гришиным — 1,5 млн рублей. За 2 года нам удалось организовать более 350 встреч и привлечь 40 млн рублей для более чем 80 фондов. А после поездки в Силиконовую долину — получить инвестиции в размере $250 тыс. В планах — вывести продукт на глобальные рынки; сейчас ведем переговоры с Лондоном, ОАЭ, США.

    Благотворительность может быть прибыльной

    Оказывается, может; существуют даже разные модели — например эндаумент-фонды, которые отдают целевой капитал в управление, или американская модель charitable for-profit, когда компания, отдающая прибыль на благотворительность, организована как коммерческая. Благотворители не могут помочь всем нуждающимся и, выбирая, на что пожертвовать деньги, предпочитают вкладывать в наиболее эффективные модели.

    Тогда мне пришла в голову идея заниматься не благотворительностью, а социальным бизнесом. Мы зарегистрированы не как НКО, а как ООО. Мы собираем деньги для фондов и организуем встречи, а фонды отчитываются о тратах и возвращают нам комиссию — 15% по договору фандрайзинга. При этом каждый месяц мы привлекаем от 2,5 до 4 млн рублей.

    Конечно, были споры о размере комиссии, фонды считали, что 15% — много. По российскому законодательству, любой благотворительный фонд может забирать себе 20% от всех благотворительных пожертвований — на ФОТ, аренду и т.д. На мой взгляд, 15-20% — это адекватная комиссия, ведь MeetForCharity вносит свой вклад в маркетинг фондов, их развитие.

     

    Инвестиции в ценности

    Инвестиции, которые мы привлекли, — это конвертируемый займ на 3 года под 0,8% по оценке 100 млн рублей. Мне повезло найти инвестора, который разделяет ценности проекта: он, конечно, рассчитывает на дивиденды, но социальная миссия для него на первом плане. Я встречалась с большим количеством «токсичных» инвесторов, для которых на первом плане были деньги, но отказывалась от сотрудничества с ними.

    На других рынках совсем иная картина. У меня есть список из 25 зарубежных акселераторов, которые занимаются только социальными стартапами, — люди действительно инвестируют в них, понимая, как они работают и что дают.

    Благотворительность может быть fun

    Мы привыкли к тому, что благотворительность — это когда ты что-то отдаешь, но участие в ней может давать что-то взамен — менять жизнь, помогать развивать бизнес. Например, человек, который заплатил 1,5 млн рублей за 40-минутную встречу с Дмитрием Гришиным, не только поучаствовал в благотворительности, но и решил какие-то свои бизнес-вопросы.

    Люди часто не готовы заниматься благотворительностью из-за тяжелых эмоций, из-за неготовности видеть чужую боль. Мой опыт говорит, что благотворительность может вызывать позитивные эмоции.

    Аудиторию привлекает даже игровая составляющая — наш сервис популярен не только среди тех, кто платит за встречи, но и среди тех, кто следит за торгами. Я часто встречаю людей, которые говорят: «Ой, я помню, я смотрела! А вот этот ушел за столько, а вот тот — за столько!».

      Благотворительность может быть эффективной

    Мы постоянно думаем, как монетизировать аудиторию. Многие компании хотят, с одной стороны, получить доступ к платежеспособной аудитории, с другой — ассоциировать себя с благотворительностью, выстраивать социально-активные бренды. Мы помогаем им в этом, разрабатываем маркетинговые стратегии. Например, организуем встречу со знаменитостью на заднем сиденье автомобиля, а предоставивший его автомобильный бренд еще и удваивает победившую ставку. Или помогаем компаниям придумывать собственные благотворительные программы.

    Для тех, кто не может заплатить сотни тысяч за встречу со знаменитостью, мы запустили совместный проект с Добро Mail.Ru, в котором можно делать небольшие ставки от 300 рублей, а победитель выбирается случайным образом, — при этом все ставки собираются и идут на благотворительность.

    Стараемся сделать наш продукт доступным, эффективным, понятным. Первым и самым надежным инструментом, благодаря которому проект быстро завоевал популярность, был Facebook, но теперь у нас есть и приложение, и web-платформа.

    Пробуем разные инструменты. Например, на конференции или панельной дискуссии после выступления спикера проводим оффлайн-аукцион, разыгрываем возможность пообщаться со спикером с глазу на глаз — так, в Сколково после выступления генерального директора SPLAT Евгения Демина мы «продали» 40-минутную встречу с ним за 450 тыс. рублей. Другие инструменты — карты лояльности, подписки на регулярные пожертвования и т.д.

    Благотворительность может принести пользу бизнесу

    Благотворительность можно «ввернуть» почти в любой проект. У нас об этом не думают — люди добрые и хотели бы помогать, но жить всем тяжело. В Америке привычку к благотворительности впитывают буквально с молоком матери.

    Когда делаешь хороший социальный проект, сами приходят СМИ, с удовольствием пишут о цифрах, публикуют анонсы мероприятий — охотнее, чем в случае чисто коммерческих проектов.

    Благотворительность привлекает людей с горящими глазами. Когда у меня был свой бизнес, сотрудники просто работали с 9:00 до 18:00. Когда я его закрыла, чтобы заниматься благотворительностью, вокруг меня собралась команда, которая считает работу своей миссией.

    Как разделять бизнес и благотворительность

    Никак — этого не требуется. Чем больше мы собрали средств на благотворительность, тем больше заработали. Если говорить о ценностях нашей компании, то в приоритете — помощь.

    Есть такой американский автор Дэн Палотта — он написал книгу «Неблаготворительность», выступает на TED. Он говорит: люди, которые работают в благотворительном секторе, не умеют зарабатывать, умеют только просить и извиняться. А люди, которые умеют зарабатывать, в благотворительность не идут, потому что привыкли к определенному уровню дохода. Но если в благотворительный фонд приходит топ-менеджер, способный увеличить оборот с 6 млн рублей до 60 млн рублей, почему бы не дать ему зарплату в 200 тыс. рублей? Пора менять стереотип о том, что работа в благотворительности — это всегда позиция просящего и жалкие крохи".

    IncRussia

    Стойкий стереотип гласит, что благотворительность — это протянутая рука, жалкие крохи, боль и страдание. Многих это отпугивает, но бывает иначе. Если орга ...

Добавить коментарий

Войти с помощью: